Грехи против святых икон

В этом случае честь святых Божиих воздается неизвестным лицам, может быть, даже грешным, – грех осуждаемый правилами соборов (Карф. 94 и 95). Шестой вселенский собор на сей раз поставляет в вину только то непочтение, когда известно, что мощи «подлинные и истинные». Могила же неизвестная, хоть и оглашаемая «мощами», до подлинных удостоверений и до свидетельства голоса Церкви должна оставаться просто.

«На версех гор кадяху… под дубом, и под елию» (Ос. 4,12–13). Допускать все подобное, равно как, отдавая почтение некоторым деревьям, привешивать на эти деревья платки, чтоб получить от них какую-либо помощь, – значит блуждать от Бога и подвергать себя страшному осуждению. Да, по правилам одного из вселенских соборов тем людям, которые тайно выполняют обряды прежней веры, отказывается и в крещении их детей, если они не покаются (7 Всел.8).

Когда евреи стали покланяться вместо Бога медному змию в пустыне, который изображал Христа распятого, а должны были они только с верою смотреть на это изображение: тогда немедленно же был сокрушен медный змий. Отсюда виден грех тех христиан, которые, стоя пред иконой и молясь, не возносят своей мысли и сердца дальше иконы, думают, что это и есть Бог, Богородица, святой угодник, которые называют святые иконы «богами, божеством».

Если мы и портреты любимых и почитаемых нами лиц желаем иметь в более правильном виде и отвращаемся от таких изображений на этот раз, которые несходственны с живыми лицами или безобразны: то тем более уместны подобные требования к святым иконам. Иконы составляют для нас не одно воспоминание или украшение церкви, в доме, на книге, но и предмет почитательного поклонения. Посему несомненно согрешают как художники пишущие, так и купцы продающие, так еще начальства дозволяющие продавать неправильные и некрасивые иконы, которые написаны все на один образец при разности лиц, без всякого соображения с историческим преданием о святом угоднике: каких он был лет и какой наружности; отсюда то отсутствие в этих иконах какого-либо сходства с изображаемыми на них лицами. Не должны быть также иконы, которые от небрежности и неумения живописца даже лишены правильного рисунка, или же написанные слишком живо, в чисто итальянском вкусе, совсем не по духовному.

Древние иконописцы, например, святой Алипий, приготовлялись к своей работе постом и молитвой, рисовали с благоговением и призыванием помощи от угодника, лик которого писали. Грешат те живописцы, – всякий мастер и мастерица, которые, изображая святых красками, литием или чеканьем из серебра и золота, шитьем по бархату, забывают при этом высокое назначение своего труда и безнравственно держат себя на работе; например, курят табак, допускают ссору, произносят брань, даже и скверную, разжигаются похотью.

Икона, особенно обилие икон, возбуждают к молитве и помогают удерживаться от рассеянности во время молитвы. Следовательно, кто оставляет свои комнаты без икон, тот не дорожит молитвой, равно как лишает других, которые бывают у него в доме или квартире, возможности помолиться, например, при входе к нему и выходе от него. Затем, забота и усердие приобрести себе икону, особенно не одну, а многие, – показывает любовь к святым Божиим. Следовательно, кто не имеет у себя икон, тот холоден к святым угодникам. Все это для православного христианина постыдно и грешно, особенно в виду того, что в том же доме, т.е. где не скоро можно встретить лик Спасителя или кого из святых, «да знаменается свет лица» (Пс.4,7) их на приходящем или живущем, – там много висит по стенам дорогих картин. Не показывать же у себя святых икон собственно из-подражания моде или намеренно поставлять в своей комнате только малую икону, которая бы не бросалась приходящим в глаза, какое это малодушное стеснение себя в деле религиозном! Мода не спасет и люди переменяются: а святая икона утешит и в горе и, как богоустановленное почитание, останется всегда.

Кто желает помолиться, а тем более каждый день молиться пред известной иконой, тому необходимо знать, какой святой изображен на этой иконе, чтоб мог он с сознанием совершать свою молитву. Но если икона слишком потемнела от давности времени или вследствие небрежного хранения ее, если на ней почти совсем сгладился лик: в таком случае она остается для молящегося одной доской (Деян.17,29), которую следует сжечь или спрятать до возобновления на ней лика. И родительское благословение этою иконою не имеет здесь оправдания. Нет; употреблять обветшалые иконы значит бессознательно и небрежно относиться к чествованию Господа и святых в их изображениях.

Нельзя обращаться с молитвою даже и к несомненно – святым людям прежде того времени, как сам Господь прославит их нетлением мощей или чудесными какими знамениями. Разве можно только на сей раз говорить: «молитвами раба твоего… помилуй меня, Господи»! Таким образом, и изображения этих лиц, до прославления их Богом и до решения св. Церковью вопроса о том, чтоб причислить их к святым, не суть святые иконы, а только портреты. Тем более неправильно и неразумно вешать, прибивать на стене вблизи святых икон, без всякого промежутка или расстояния, картину царя, высокой какой духовной особы.

Почитать святые иконы возжжением пред ними свеч или масла и каждением ладана показал сам Бог в свят. Писании (Исх.30, 7–8) и утвердили вселенские соборы (Всел.6,73). Следовательно, не воздавать иконам такого почтения (когда есть средства на то), ни при каждодневной утренней и вечерней молитве; ни в праздники, составляет грех опущения. Но, с другой стороны, не следует много полагаться на выполнение денно-нощной лампадки пред иконами, – заменять этим свою личную и сердечную молитву к Богу: при горении лампадки, занимаясь обыкновенными делами, нужно бы воспламеняться по временам молитвенным духом. А также не следует стесняться пойти в церковь или отговеть в пост, если не на что поставить в церкви свечу.

Сказано: «отлучитеся (очистите себя) носящии сосуды Господни» (Ис.52,11). Так, например, грехом почитается: не устроить киота для иконы, особенно когда икона без киота чернеет и портится; полагать вместе с иконами (на божнице) солонку, карты, а на столе-сальную свечу, табак, рюмку с вином; заимствовать огонь для курения табаку (закуривать) от горящей у иконы лампадки, а также прямо, без посредства лучины или бумажки, зажигать от лампадки или восковой свечи сальную свечу; брать в руки святые иконы, как ни попало, во время переноса их куда-либо или при уборке-чистке комнат; не обметать или не обтирать от пыли икон; прикладываться ко кресту в хмельном виде или в телесной нечистоте: делать изображение креста на дверях к нечистому помещению; чертить крест на земле, где он за тем попирается ногами (6 Всел.73). Все это грех, а не такие маловажные случаи или примеры, на которые будто бы не следует обращать внимание: тут, значит, душа не благоговеет к святым угодникам и ко кресту Господню.

Крест возлагается на христианина сразу после крещения. Он внушает, что только крестною смертью Иисуса Христа спасен каждый человек. Он напоминает заповедь Спасителя: «иже хощет по Мне ити» (Мф.16,24). Он отличает христианина от некрещеного; охраняет от нападений дьявола; полагается с нами и во гроб. Итак, кто пренебрегает ношением его на груди или только в случае утраты и ветхости не заботится заменить его новым, тот показывает себя маловерующим и невнимательным христианином. С другой стороны, не следует носить одновременно или на одной нити-цепи несколько крестов или привязывать тут же что-либо из вещей житейских.

Неопределенно махать рукой по лицу или кружить перстами по груди, вместо того чтоб положить крест сначала на голову, потом на грудь и плечи; не делать при этом и надлежащего поклона, а только кивать головой; за тем креститься без крайней нужды в перчатках или, по небрежности, всеми пальцами разом; все это отнимает у крестного знамения смысл и достойную честь, а у молитвы – силу. Нет; хоть крестное знамение делается скоро, в одну секунду, но оно выражает самую умную мысль. Полагая крест на голову, приносим в жертву Богу ум, мысли свои; полагая его на грудь, к сердцу, жертвоприносим Господу Богу свое сердце; полагая на плеча, где сосредоточение телесной силы, – желаем служить Творцу всеми силами тела. Словом: тут должна бы быть у нас в памяти служба – любовь к Богу и «умом и сердцем и всею крепостью» (Мк.12,30). Махание или вертение рукой при крестном знамении, таким образом, искажает крест, а по словам св. Златоуста (во время которого уже замечалась эта небрежность) здесь только радость бесам. Но кто, крестясь так-то, еще осмеивает в других правильное изображение креста («большими крестами молится, или хочет спастись»); тот поступает и еще хуже. Пусть иной не от ycepдия делает большой, т, е. вполне истый (истовой) крест: но можно лишь судить неусердие, а не осмеивать самое крестное знамение.

По преданию от свят. Апостолов и по некоторым церковным памятникам крестное знамение христианина должно быть «троеперстным». Двуперстное же явилось в России со времени раскола, заимствовано от армян и осуждено, как неистинное, на соборе в 1667 году. И так тому человеку, который знает все это из рассказов или толкований православного священника, особенно грешно молиться двуперстно, и при этом осуждать или чуждаться других, которые не молятся двуперстием.